window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние
новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
09 ноября 2026, 03:50

Штурм пыточной под Киевом перерос в политический скандал

История в Борщаговке – удар наотмашь по СБУ и очередной этап противостояния внутри страны.

07:22
Фото / Видео: © РЕН ТВ

В начале недели недалеко от Киева вспыхнул настоящий бунт. Причиной стала нелегальная тюрьма, в которой содержали и пытали дезертиров. В реальности такие подвалы давно стали частью государственной системы. Можно вспомнить Донбасс, где нацисты истязали и казнили ополченцев. Но тут маховик вдруг начали раскручивать по полной программе с участием, в том числе и первых лиц Украины. И вот за этим скрывается главное -- безграничный цинизм правящей верхушки, который сосредоточен на одном – борьбе за власть. В ней абсолютно все вокруг превращаются в пешек, которыми можно пожертвовать в любой момент. Военкор "Известий" Дмитрий Зименкин совершенно справедливо нашел происходящему точное определение – кровавый цирк. Подробнее – в репортаже для "Итоговой программы с Петром Марченко" на РЕН ТВ.

Бунт под Киевом обернулся массовыми задержаниями

Ночь, улица, фонари, в том числе под глазами побитых полицейских, беспорядки – так закончился день в селе Борщаговка под Киевом 2 ноября. Все началось с видео, которое отправил мужчина, пойманный "Азовом"* и запертый в подвале частного дома.

"У меня очень сильно болит живот, температура… головокружение, слабость", – говорит на записи удерживаемый в подвале мужчина.

На помощь поспешила частная скорая и женщина-медик, которая вела трансляцию в соцсети от коттеджа за высоким забором. Безумное шоу из киевского пригорода могло бы утонуть в потоке других новостей, если бы дом не оказался тайной тюрьмой СБУ. В подвале находились измученные мобилизованные и дезертиры, за жизнь которых азовцы* вымогали деньги. Вскоре к воротам стянулись родственники и местные жители, уставшие от произвола спецслужб.

Бунт под Киевом обернулся массовыми задержаниями. Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ
Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ

Начался штурм. Один из подростков, Алексей Пекур, лихо залез на забор и стал кидать камни. Он получил удар лопатой и угодил в подвал. Подтянулись полиция, титушки, в общем, представители почти всех социально-политических слоев Незалежной.

К ночи в бой ринулся Кирилл Буданов**. Оказавшись в доме, сам глава администрации Владимира Зеленского, узники, тюремщики и подросток заговорили на русском, видимо, к ужасу языкового омбудсмена Украины Елены Ивановской. Буданову вообще не везло. На выходе ему досталась порция перцового газа, а в интервью он ляпнул, что эта тайная тюрьма не единственная. Это очевидно, ведь только официальных дезертиров по стране около 400 тысяч.

Узников наконец освободили. Некоторых выносили из пыточной в тяжелом состоянии, в том числе с переломом позвоночника. Люди еще побили окна в автобусе, прокричали обидные слова вслед убегающим азовцам и разошлись. Но кровавый цирк на этом не закончился. На следующий день арестовали медсестру, водителя скорой и более 100 участников штурма. Остальных СБУ заставила извиняться. Ну и русский след нашли, куда же без него.

"Я думаю, это хорошо спланированная стратегическая российская операция", – заявил председатель совета резервистов сухопутных войск ВСУ Иван Тимочко.

Доказательств, конечно, не представили. Заявили, что это провокация, призванная дискредитировать главных защитников украинской государственности, запрещенный "Азов".

"Есть основания полагать, что события в Борщаговке произошли не без постороннего вмешательства. Организаторы обязательно будут привлечены к ответственности", – сказал Буданов.

Бунт под Киевом обернулся массовыми задержаниями. Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ
Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ

Легко отделался по сравнению с остальными Алексей Пекур: удар лопатой и внесение в базу "Миротворец" – пустяки по сравнению с 10-летними сроками, которые грозят остальным. Он уже бойко рассказывает о случившемся: по его словам, его схватили за волосы и били головой об пол. Как и медсестра, стоявшая на коленях, он прекрасно понимает силу яркого кадра, огласки и соцсетей.

Скандал с пыточной обострил борьбу украинских элит

Парадокс в том, что люди, поднявшие шум около пыточной, сами того не понимая, стали инструментом борьбы киевских элит. Это грызня за власть в ее самом худшем проявлении, классический пример украинской политической культуры, зародившейся еще на Майдане.

"В доме Зеленского смешалось все. Там нет верховенства права, просто управляет банда. Это уже не страна и не государство, а территория. Что показала Борщаговка? Что Украина – концлагерь", – считает бывший депутат Верховной рады Владимир Олейник.

Скандал с пыточной обострил борьбу украинских элит. Фото: © Vasyl Shevchenko/Zuma/TASS
Фото: © Vasyl Shevchenko/Zuma/TASS

Очевидный бенефициар циничного шоу – НАБУ, антикоррупционная структура, которая курируется США и ведет расследования против окружения Зеленского. История в Борщаговке – удар наотмашь по СБУ и очередной этап противостояния внутри страны.

"Сейчас на Украине происходит борьба за деньги, за власть. Обычно украинцы – это заложники этой ситуации и топливо для этого жуткого конвейера смерти", – отметил бывший нардеп Верховной рады Олег Царев.

Про систему тайных изоляторов, пытки и похищения знали все: Банковая, НАБУ, ГУР, прокуратура, СБУ. Негласно узаконенная система пыточных стала публичной лишь в "нужный момент".

Скандал с пыточной обострил борьбу украинских элит. Фото: © РЕН ТВ
Фото: © РЕН ТВ

"Это показывает, как рушится система, созданная теми, кто находится у власти. Всегда в такой ситуации различные конфликтующие и конкурирующие структуры приходящего в упадок режима будут бороться друг с другом. Это сценарий финала для киевского режима", – считает немецкий политический активист, писатель Ральф Нимайер.

"Это столкновение еще раз подтверждает, что политический режим, та система, которая создана после событий на Майдане 2014 года, с самого начала, а особенно сегодня, проявила свою нежизнеспособность. И само это событие является индикатором того, что постепенно эта власть подходит к своему концу", – уверен профессор Дипломатической академии МГИМО МИД РФ, доктор исторических наук Владимир Винокуров.

У противостояния НАБУ и офиса президента громкая история. Последние разоблачения, "Мидас" и "Карфаген", – работа бюро. Каждое дело ближе к Зеленскому. На Банковой уже нет ни Миндича, ни Ермака. Ближний круг зачищен.

Именно после скандала в Борщаговке НАБУ выкатывает очередное расследование: СБУ работала в тесной связке с преступной группировкой, которая похищала и истязала людей. Ведомство публикует записи, на которых человека бьют молотком по коленям.

Бывшие узники рассказали о подпольных тюрьмах ВСУ

За играми элит – страшная реальность. Пыточные на Украине были, есть и будут, пока не сменится режим. Они встроены в систему власти, натренированную американцами, открывшими Гуантанамо и Абу-Грейб. По их образу и подобию была создана тюрьма "Библиотека" в аэропорту Мариуполя.

Ольга Селецкая провела там и в других подпольных изоляторах четыре месяца. Она была уверена, что живой не вернется.

"Избивали, душили, топили в емкости с водой. В полутемном помещении на холодном бетонном полу сидело большое количество людей со следами пыток, истязаний, кровоподтеками, синяками. У многих были на головах целлофановые мешки в области глаз, обмотанные скотчем", – вспоминает Ольга Селецкая.

Бывшие узники рассказали о подпольных тюрьмах ВСУ. Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ
Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ

Страшную память оставили после себя и подвалы нацбата "Торнадо" в больнице станицы Луганской.

"Наших хлопцев держали в подвале в больнице", – говорит жительница станицы.

"Они грабили все. Дома, машины отбирали", – добавляет другая жительница.

То же самое было и в школе в Приволье, где съемочная группа РЕН ТВ побывала после освобождения поселка.

Неподалеку находилась и тюрьма СБУ в Северодонецке, куда угодил священник Андрей Павленко. Его избивали, другим отрезали уши. Более страшного места не было, рассказал он в интервью "Известиям".

Бывшие узники рассказали о подпольных тюрьмах ВСУ. Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ
Фото: © Кадр из программы "Итоговая программа с Петром Марченко", РЕН ТВ

"Были эти два нацбата, в которых были собраны все отморозки, какие только возможно. Люди уже тогда похищались. Мы даже некоторых выкупали, собирали деньги из этого концлагеря, который был в Половинкино. Его держал нацбат "Айдар", – рассказал протоиерей Андрей Павленко, настоятель Свято-Тихвинского храма города Лисичанска, герой ЛНР.

Просвещенный Запад о скандале в Борщаговке молчит. Признать пыточные – значит признать, что финансировал садистов и убийц, что страна тонет в склоках, а контроль утрачен. Для внешних кураторов это приговор.

* Организация признана террористической и запрещена в России.

** Внесен в РФ в перечень террористов и экстремистов.

РЕН ТВ в мессенджере "МАКС" – главный по происшествиям

Ссылка скопирована
Подпишитесь и получайте новости первыми
СМИ2
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//smi2.ru/data/js/89437.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_1474078 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_1474078' : 'adfox_151870620891737873_1474078' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_1474078(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_1474078(); }); }
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window?.msCounterExampleCom?.hit?.(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })