Доктор Зло: как беспринципные дельцы зарабатывают на "убийстве из сострадания"

23:32, 28 октября 2018
487

Уходят последние великие творцы двадцатого века.

На этой неделе не стало Николая Караченцова. Тринадцать лет он боролся со страшной травмой и болезнями, но за день до своего 74-летия ушел из жизни. Эти тринадцать лет прошли почти за кадром, мы помним Караченцова таким - с бешеной энергией, не красивого, но очень обаятельного, талантливого актера. А последние почти полтора десятилетия его видели только родные и близкие. И то, что Николай Караченцов жил все эти годы, - заслуга его жены, Людмилы Поргиной.

Это был ее подвиг - не упускать мужа на ту сторону, вселять в него оптимизм, водить его в театры, музеи и на выставки, заниматься ежедневно физкультурой, тренировать мозг. И лечить, бороться со всеми недугами, которые вторгались в его ослабленный организм. И в последние два дня поселиться с ним в больнице, заказать торт и позвать гостей на день рождения, который уже не состоялся.

Очень немногие способны вот так, преодолевая ужас происходящего, отдавая свою жизнь, бороться с болезнями и безысходностью. Но самое страшное, что есть те, кто пользуется отчаянием смертельно больных людей. И зарабатывает на этом мошенническим путем.

Эту историю иначе как душераздирающей не назовешь. Неизлечимо больная Наталья попросила сына помочь уйти из жизни. 

"Ну конечно страшно, очень страшно, я когда задумываюсь об этом, и прямо холодеет все внутри", - говорит Наталья Антонова из Улан-Удэ. 

Она списалась с зарубежными специалистами, решилась на последний – роковой шаг. Сын узнал об этом. Нашел слова и отговорил мать.

"Мы решили, что пока мы отложим этот разговор, чтобы направить как раз свою энергию на лечение. Исследования сейчас самое важное", - говорит Андрей Антонов.
 
В отличие от Натальи, многим в такой ситуации опереться не на кого. В этот момент находятся "сострадательные советчики". Они уже расставили сети и назначили цены. Продавцы смерти, чей бизнес – подпольная эвтаназия.
 
Эти люди никогда не общаются напрямую. Знают, что вне закона. В переписке говорят: продают всего лишь инструкцию.
 
Мы поехали в московскую компанию по продаже газового оборудования. Ее сотрудники, возможно, даже не подозревают, что при определенной конфигурации их товар можно превратить в средство эвтаназии или, другими словами, орудие убийства человека. 
 
В ангаре не успевают закрывать ворота. Баллоны с газом - в том числе тем, что умеет убивать (именно поэтому мы не упоминаем название), - разлетаются как горячие пирожки. 

Никто не спрашивает, для чего мы покупаем. Советуют приобрести все сразу.
 
Продавцы даже не думают о том, что однажды на них может обрушиться суровый закон. А сами они окажутся соучастниками убийства.
 
"Это самое настоящее убийство! Если родственники – подстрекатели, пособники, уверен - дадут не менее 5-7 лет", - говорит адвокат Евгений Черноусов.
 
Так называемые «консультанты», рискуя свободой, везут препараты из-за границы, что категорически запрещено. 

Доморощенные продавцы смерти рассчитывают обмануть закон. Выдать преступление, например, за несчастный случай. Но судебная медицина столетиями накапливала знания об этом.
 
"Если инъекция была, то, соответственно, мы увидим след от инъекции. Часть препаратов может быть обнаружена в желудке в виде мелких белых крошек, но это не всегда бывает", - говорит эксперт.
 
Но бесследно убить – нельзя. Внимательный эксперт всегда поймет, что в момент смерти рядом был помощник.

Подпольное милосердие на редкость цинично. Наталья Шевченко стала жертвой мошенников, которые обещали ей эвтаназию за 25 млн рублей. Нет денег – расплатись квартирой. Так она и сделала, переписав на злоумышленников жилье.

"В 15-м году я подписала документы на квартиру, потеряла её. В итоге вот уже сейчас за годы, которые прошли, выяснилось, что у меня произошло уже тогда, ну как бы началось и продолжается изменение психоэмоциональной сферы", - говорит Наталья Шевченко.
 
Обманутая Наталья - спасибо, что жива. Но даже с помощью судов кров над головой вернуть не удалось. Липовые врачи-убийцы тут же замели следы.
 
"Квартира была мною продана в экстренном порядке, потому что появился на горизонте муж Натальи Шевченко и показал огромную пачку медицинских справок. Сказал, что "ты квартиру вернёшь и деньги обратно не получишь", - говорит покупатель квартиры Андрей Воронин.
 
Рынок человеческого горя породил и еще один специфический вид бизнеса – поездки в страны, где разрешена эвтаназия. 

"Практически я занимаюсь просвещением. Большинство людей - они бараны, им нужно чтобы кто-то им сказал, куда надо идти", - говорит такого рода предприниматель.
 
Харон от эвтаназии  делает вид, что не берет комиссионных, но, скорее всего, лукавит. Европейские клиники платят самые настоящие откаты за каждого клиента.    
 
"У нас договора есть – с швейцарцами, с голландцами и с бельгийцами о том, что где-то от 20-10% тех денег, которые они будут платить, они в принципе кладут на определенный счет. Мне это не как заработок, мне этот заработок не нужен, зачем. Я, наоборот, имею возможность, я накапливаю как типа бонусы и имею возможность каждого 5-го отправлять бесплатно, 5,6,7, вот так вот. Т.е. это как бонусы, по-моему, это благородно", - говорит он.

На общественное мнение давит мировая практика. Но и там "доктор Смерть" не самая почетная профессия. Нам удалось взять интервью у мировой знаменитости – Шона Дэвисона. Врач из Новой Зеландии "прославился", когда убил свою больную раком мать – сделал смертельный укол. Убийца выпустил об этом книгу и получил то, что должен был получить, – уголовное наказание. Свой арест называет ошибкой правосудия, из-за которой, правда, пришлось перебраться в ЮАР. Но и здесь ему не терпелось приложить руку к эвтаназии и отправить на тот свет одного из друзей.

"После смерти моей матери я не думал, что вернусь к этому снова. Но когда из твоих друзей кто-то просит тебя помочь умереть спокойно, то для меня это очень эмоциональный момент, который возвращает меня обратно", - говорит врач.
 
"Доктор Зло" совсем не говорит о том, что задача врача всеми силами продлевать жизнь, а не приближать смерть. Клятва Гиппократа – она ведь об этом. Другой разговор – качество медицинской помощи умирающим.
 
"Необходимо заниматься и ставить акцент именно на этом – на повышении качества комплексной помощи тяжело страдающим физически и душевно больным. С привлечением не только психиатров, но и психологов и психотерапевтов", - говорит эксперт.
 
Достойную жизнь неизлечимым больным обязана обеспечить паллиативная медицина. Государство тратит миллиарды, а до пациентов доходят крохи.
 
"Было выявлено, что только 12% средств, которые выделяются, расходуются. Почему такая ситуация, если мы столько выделяем денег, и только 12% расходуется? С чем это может быть связано? У нас просто хосписов элементарно не хватает", - говорит член ОНФ Александр Лысенко.
 
Хосписы создают главным образом не на государственные, а на частные деньги. Участвует и церковь. В хосписе священника Александра Ткаченко 23 неизлечимо больных пациента. Но слово "эвтаназия" здесь не произносят.
 
"Так вот, я еще раз подчеркиваю, что вот эти факты, о которых вы говорите, это факты говорят не о том, что эвтаназия нужна, а о том, что нужна развитая паллиативная помощь", - говорит священник.
 
В стране только приступают к развитию этой особой медицины. Возможно, с опозданием. Но если есть поддержка близких людей, избежать ловушек, расставленных циничными консультантами, становится проще. Наталья из Улан-Удэ решила, что продолжит бороться за жизнь. 

"Помогают люди, простые люди наши, земляки. Перечисляют деньги на лечение с приписками: "только, пожалуйста, не сдавайтесь, не надо думать о смерти, надо бороться ради сына". Вот так вот пишут", - говорит она.
 
Но скольких несчастных еще перетянут на свою сторону подпольные дельцы, наживающиеся на чужих страданиях?

Загрузка...