Интервью с Александром Скляром: Не хочу быть канцелярской крысой

11:55, 05 марта 2019
627

Музыкант, автор песен, организатор и вдохновитель фестиваля альтернативной музыки "Учитесь плавать" создатель и лидер группы "Ва-БанкЪ" Александр Скляр дал журналистам РЕН ТВ эксклюзивное интервью, в котором рассказал о своем отношении к рэперу Децлу, сотрудничестве с писателем Виктором Пелевиным, пояснил, почему ему не понравился фильм "Богемская рапсодия" и как он стал пропагандистом здорового образа жизни в русском роке. 

Беседовала: Надежда Алешкина 

- Никогда не жалеете, что оставили дипломатическую службу? А вдруг были бы сейчас министром? 

- Стал бы, наверное, или что-то близкое к этому. Потому что это такое довольно понятное движение по ступеням, но это очень специфический вид деятельности, совершенно неприемлемый. Я, хлебнув этой работы на начальном этапе, понял, что не хочу быть канцелярской крысой. А это ты все равно остаешься частью большой системы госчиновников. Точно не мое. И приобрели бы обычного рядового госчиновника.

- Когда-то вы пели о том, что "на даче нам пива хватит". Но потом вдруг стали едва ли не главным пропагандистом здорового образа жизни в русском роке. Как произошел такой перелом?

- Он особо и не происходил резко. Это была песня с определенным ироническим подтекстом. Поедем, приятель, на дачу. И мы продолжали петь ее долгие годы, эту песню. Но вы говорите, имею в виду фестиваль "Учитесь плавать". У фестиваля "Учитесь плавать" тоже была своя история. Мы начинали все с нуля, как и в группе "Ва-БанкЪ". У нас не было на что опереться в смысле ощущений, как надо делать этот фестиваль, потому что сначала была просто программа, программа на радио "Учитесь плавать".

У этой программы была стойкая и все растущая аудитория, и в какой-то момент нам показалась, что эта аудитория готова нас услышать живьем, а во-вторых, в своих недрах имеет группы, которые не то чтобы противопоставлены, но тоже могут играть на этом же поле, на альтернативном поле, на альтернативной музыке. И когда мы начали продвигать эту идею, приехали люди. Важно, какие именно приезжали. Первая самая гастроль по линии "Учитесь плавать" была как раз человека и группы, которая жестко пропагандировала здоровый образ жизни. Я имею в виду Генри Роллинза и его группу Rollins Band. Весь Rollins Band стоял на пути ЗОЖ. То, как они работали на сцене, просто исключало любую степень опьянения любыми наркотическими средствами. Но кроме этого всего, мне приходило огромное количество писем на программу, как раз в этих письмах я сумел понять настроение моей аудитории, а аудитория очень честно делалась своими проблемами, и не только музыкальными. Проблемами того, что внутри этого всего. Внутри всего этого движения, внутри очень большой группы поклонников альтернативной музыки. Довольно сильно были распространены наркотики, и я один из первых, кто узнал об этом напрямую и понял, что мы должны это обозначить в нашем фестивале. Что мы, ребят, против тяжелых наркотиков. Отсюда было наше участие в международном движении, абсолютно свободно, оно никак не фиксировано. Оно называлось Stop madness – "Остановим безумие". Потому что у них, среди западных ребят, тоже были эти проблемы. Не только среди музыкантов, но и среди их аудитории. И мы решили, что если присоединимся фестивалем, как заявленной историей, присоединимся к этому Stop madness, то это будет хорошее правильное решение. Поэтому задолго до всех государственных программ мы начали об этом трубить. Трубить, конечно, в рамках нашего фестиваля. Ребята, у нас только музыка, мы не приемлем никакие виды опьянения, особенно по линии тяжелых наркотиков. И второе, что тоже важно, и мы это почувствовали, это всякие фашистские течения внутри поклонников "Учитесь плавать". Поэтому вторая штука была – это стоп фашизм. Был такой человечек, выкидывающий свастику в помойное ведро. Stop madness – это был такой знак, где разломанный шприц. Вот в чем заключался наш ЗОЖ. Как вы понимаете, "поедем с приятелем на дачу и выпьем пивка" не имело к этому никакого отношения. Эта песня не противоречила, она никоим образом никогда не являлась пропагандой тяжелых наркотиков.

- Помимо вашего фестиваля, я так понимаю, до этого в СССР был организован международный фестиваль мира против алкоголя и наркотиков. Приезжали к нам западные рокеры. Такая акция культурно-политическая. Наконец-то советский меломан услышал тех и увидел вживую тех, от кого фанател. Но ведь и вас тоже с такими же целями приглашали на Запад, в Европу?

- Ну да, мы были частью этого крупного европейского интереса к постперестроечной России, мы, собственно, попали в этот контекст. Не мы одни. В этом направлении были и "Звуки Му", и "Аукцион", и еще какие-то команды. Просто тогда развалился Советский Союз и западным ребятам стало интересно, что же там за этим рухнувшим железным занавесом. И у всех были свои пути, у нас была пластинка, записанная в Финляндии... назывался финский "фуарвокс", и "фуарвокс" под этой пластинкой повозил нас какое-то время по западным странам, где мы были вписаны в контекст европейской клубной жизни. Именно рок-н-ролльной жизни. Мы выступали на уровне многих европейских западных команд, которые ездили по разным клубам, городам. У них была очень развита структура, просто сейчас интерес к России в этом смысле очень упал, хотя какие-то группы продолжают ездить, но зато сейчас к нам хлынули европейские, американские артисты. А тогда этот процесс только начинался, и мы через "Учитесь плавать" привезли много артистов, первый раз побывавших в России. Вообще в первый. Я думаю, именно в этом заслуга фестиваля "Учитесь плавать". Но и сами немножко оказались в этой системе, что было очень интересно.

- Вам тогда приходилось давать интервью? И какие вопросы задавали – наверняка в основном каверзные?

- В основном задавали: что происходит? Что происходит у нас в России, чем мы дышим, чем живем. Как мы видим культурный процесс, как он развивается. В основном через призму рок-н-ролла. Интервью было большое количество, это даже была несколько кампания по нашей раскрутке, им было реально интересно. Мы одни из первых, кто вообще туда приезжал. Поэтому, конечно, это их интересовало.

- 20 лет назад вы записали довольно неожиданный, практически танцевальный альбом с Виктором Пелевиным – не пора ли попробовать снова сделать что-то столь же экспериментальное?

- Это был случайный эксперимент, который случайно оказался удачным. Мы не записывали альбом с Пелевиным, он к записи альбома не имел ни малейшего отношения, он участвовал на равных в самом проекте, который мы придумали, придумали внутри "Ва-БанкЪ", предложили ему, потому что нам всем очень нравился роман "Чапаев и пустота", и суть этого проекта была в том, что Виктор пишет рассказ с нуля, не использует уже какой-то имеющийся рассказ. А мы под этот рассказ делаем саундтрек. И мы публикуем в одном флаконе. То есть буклет этого альбома – это рассказ, а наш альбом – это звучание, как мы его себе представляем. И он оказался очень интересным проектом. Поэтому такие вещи специально невозможно воспроизвести снова. Можно, конечно, придумать, найти снова актуального писателя, но для нас это будет дважды зайти в одну  воду, пускай другие придумывают. Во-вторых, для нас не будет этой новизны, это было творчески интересно. Мы не знали, о чем рассказ, до тех пор, пока он мне не передал напечатанные листы с рассказом, мы не знали, о чем рассказ. Поэтому это был эксперимент и для него, и мы не знали, как нам удастся на него сделать. На мой взгляд, это один из самых интересных альбомов группы "Ва-БанкЪ". Кстати, 20 лет альбому "Нижняя тундра". У меня есть кое-какие задумки на эту тему. Я бы не хотел пропустить эту дату. С тех пор никогда не виделись и даже не говорили по телефону, не знаю, ни чем он занимается, ни чем он дышит, совсем ничего не знаю, кроме его новых романов. В этом смысле вам не повезло. Он тщательно всех избегает, но мне тогда было очень интересно с ним пообщаться, мне очень нравилось "Чапаев и пустота". Несколько наших встреч сохранились в нашей памяти.

- Вы выступали с концертами в Донбассе. Как вы относитесь к тем из ваших коллег (многие из которых наверняка еще и друзья), кто иначе смотрит на положение дел на Украине? Согласились бы вы, скажем, поехать выступать в Киев? 

- Думаю, что в Киеве не предложат выступать именно в связи с этой позицией, в связи с эскалацией негативного отношения ко всему русскому, поэтому я думаю, это исключено вообще. Как я к этому могу относиться, когда этого не может быть? А что касается вашего вопроса о выступлении там. В Луганске мы выступали один раз. Это было, когда мы поехали в 14-м году осенью, это было единственное посещение Луганска. В Донецке были несколько раз. Крайний раз был, когда был жив Захарченко. Это было участие в праздничном концерте 9 мая. Я прошел в рядах "Бессмертного полка", это был мой единственный проход, здесь, в Москве, не проходил. Потому что всегда концерты. А там я прошел, держа портрет моего деда, Сидора Никоновича Скляра, ветерана войны. Все было по чесноку, шел рядом с Захарченко в этой колонне. Видел массовое участие дончан в этом празднике, и потом был концерт, в котором я принимал участие наряду с некоторыми другими коллективами. "Калинов мост", Чичерина, Самойлов, еще кто-то. Вот такой концерт. Я много раз об этом говорил, моя позиция всем ясна и понятна. Поэтому не буду повторяться, я считаю это огромной трагедией, которая продолжается. Потому что это такой совсем олдскул, кто-то любит джаз. Мне ближе Motorhead. Я его давно не слушаю альбомами. Но очень ценю Лемми как персонаж, его подход, рок-н-ролл, а самое главное, мне нравится, как он честно выдержал всю свою жизненную линию. Теперь мы можем сказать, что он выдержал всю, потому что мало таких людей. Мало. Мы можем как угодно относиться к группе Motorhead, но то что парень не отступился от своего пути, то что он по-настоящему прошел от начала до конца, это не может вызывать восхищение.

- 7 марта у вас концерт. Что-то особенное подготовили?  

- 7 марта, точно в мой день рождения, что меня радует, потому что не надо ничего придумывать со своим днем рождения. Концерт, все отлично. Одновременно день рождения группы "Ва-банкЪ", 33 года. Хороший срок, "Рок на 33 оборота", винил, олдскул. Мы подошли с таким ощущением, нам захотелось немножечко всколыхнуть те пласты старого рок-н-ролла, которые мы давно не затрагивали. Поэтому мы взяли какие-то вещи, в частности из "Нижней тундры", сделали их по-новому, превратили в концертные номера. Соответственно, кто придет на один или другой концерт, они услышат "Ва-банкЪ", но с определенным новом подходом. Мы взяли перкуссиониста, который будет играть как постоянный участник этих концертов. Есть парочка гостей. И самое главное, программа сильно обновлена. Поэтому, по сути, новая программа, которую мы можем назвать "Рок на 33 оборота". Аналоговая музыка с хорошей нашей искренней подачей, с нашим нынешним состоянием, ощущением нас в рок-н-ролле и с ва-банковским колоритом.

- Сегодня молодежь в музыке интересуется прежде всего хип-хопом. Вы уже записывались с Бастой и Скриптонитом. Нет планов сделать совместный проект с кем-то из самых актуальных молодых звезд русского рэпа?

- Нет, я записывался на песни Басты, а кто там еще будет участвовать, я с ними даже не пересекался. С Бастой один раз пересекся, когда мы видео писали, а с другими ребятами не виделся. Все писались по отдельности. В конечном итоге да, получилось такое, да. Я думаю, что это должно произойти само. Если у кого-то будет желание со мной посотрудничать, я открыт абсолютно. Забрало поднято. Но сам я инициировать не буду. Мне есть что делать внутри "Ва-банка", внутри своего творчества, поэтому придумывать я такую историю не буду. Но я очень благодарен Басте, за то что он обратился ко мне. Во-первых, это очень удачная песня, реально удачная. Во-вторых, мне было интересно в этом поучаствовать. Если мне будет предложен какой-то интересный проект... В этом же и заключается наша жизнь артистическая, чтобы идти навстречу чему-то интересному, но специально создавать... Я много чего наделал, и много чего хочу сам сделать. Но сам двигаюсь в этом направлении. 

- А вы были знакомы с Децлом? 

- Нет, никогда. Мне искренне жаль этого достаточно молодого человека, потому что то, что я прочитал после его смерти, свидетельствует о том, что он был очень хорошим, порядочным. То, что я прочитал после... Но я не знаю его песен, они не входили в круг интересов. Глядя на его фотографию, я увидел неглупое лицо, очень глубокий и грустный взгляд, я думаю, что ему было что поведать миру, у него была непростая жизненная ситуация. Но он ее с достоинством и честью проходил. Это то, что я думаю, не зная его лично. Мне по-человечески его жалко. Рано. Знаете, нужно, чтобы артист довыговорился. Так хочется, чтобы это в жизни происходило. Мне кажется, что Кирилл не успел довыговориться. Поэтому мне так жалко. Он шел своим путем. Потому что он выбирал путь такой искренний, честный. То, о чем он думал и чем хотел поделиться, он делился в песнях. Он не занимался пиаром на голом месте. Сам этот подход мне очень импонирует. А у меня просто ощущение, что он не выговорился. 

- Какое-то время назад вы часто говорили, что из молодых рок-исполнителей выделяете группу "25/17". Может быть, появился кто-то еще. Кого из молодых вы помимо них выделяете из своего же цеха?

Группу "25/17" по-прежнему. Я считаю, это мощная группа, на хорошем потенциале. Не исчерпавшая саму себя, это уж точно. Появился ли кто-нибудь из молодых? Мне понравился альбом Паши Артемьева (бывший участник группы "Корни"). Я случайно о нем узнал. Мой знакомый музыкант, которого я часто приглашаю на наши записи, Антон Хабибулин, как раз работает в его коллективе. Этот первый альбом вышел, он мне кинул ссылочку. Я послушал. Я не был на их живом концерте никогда. Но вот по пластинке, по тому, что я услышал, мне очень понравился. Пожалуйста, из новых имен.

- Какие у вас впечатления остались от просмотра фильма "Богемская рапсодия" о Фредди Меркьюри? 

- Вот совсем не зашел у меня этот фильм, вот просто совсем. Потому что, по-моему, это совершенно искаженная история, совершенно не попадающие персонажи, главный персонаж – это не Фредди Меркьюри. В данном случае – это срубание бабла на громком имени. Фредди уже не может ничего возразить, остальные участники – я не знаю, как относятся к этому фильму. Но для меня, как для человека, который очень любил Queen на каком-то их периоде, вот эта вся игра на фальшивом воспроизведении реально крутых ребят, – это все то, что можно назвать фальшью большого бизнеса вокруг большого явления под названием мировой рок.

Загрузка...